главная архив контакты

Анна Ярославна – королева Франции

anna_russkayaВ некотором царстве, некотором государстве жили три красавицы-принцессы, дочери великого государя. Пришло время выдавать их замуж. Старшая вышла за короля венгерского, средняя - за короля норвежского, а младшая – за короля французского, и правила она Францией после смерти своего супруга…

В это трудно поверить, но речь идет о русских княжнах – Анастасии, Елизавете и Анне, дочерях великого князя киевского Ярослава Мудрого, при котором Русь считалась могучим государством, и правители других стран искали с ней союза – военного или, еще лучше, брачного.

Сам Ярослав женился по чисто государственным соображениям – на шведской принцессе Ингигерде, принявшей в православии имя Ирины, которая родила ему шестерых сыновей и трех дочерей. И сыновей своих Ярослав женил не на русских красавицах, а на иноземных принцессах. Дочерей он также хотел выдать замуж за великих государей, только никак не мог подыскать достойных такой чести.

И тут вмешался случай. Да не один раз, а дважды. При киевском дворе нашел убежище венгерский королевич Андрей. Убежище нашел, а сердце потерял: похитила его старшая княжна, белокурая и смешливая Анастасия. Отец любви их не препятствовал, поставил только одно условие: Андрей должен вернуть себе отцовский трон. Вот как станет королем Венгрии – милости просим, засылай сватов. Андрею ничего не оставалось делать, как постараться выполнить условие будущего тестя. Трех лет не прошло, как стал он венгерским королем, и прекрасная Анастасия отправилась в славный город Буду, чтобы разделить мадьярский трон со своим избранником.

Средняя сестра, надменная Елизавета, которую киевляне за стройный стан прозвали Шелковинкой, долго ждала своего счастья, пока в нее не влюбился бежавший из своей страны под защиту киевских дружин молодой королевич – норвежец Гарольд. И ему пришлось отправиться в дальний поход, чтобы мечом завоевать не только трон и богатство, но и сердце своей избранницы. Елизавета стала его женой и королевой, и вместе они основали город Осло.

Оставалась младшая сестра – Анна. Ее руки попросил король Франции Генрих Первый, но… получил отказ. Киевский великий князь не увидел в этом союзе никакой выгоды для Руси. Королевство небольшое, вассалы в нем - непокорные, соседи - злейшие враги. Нет, Анна достойна лучшей доли. Но от судьбы не уйдешь. Через некоторое время французский король вторично послал сватов. Сделал он это не потому, что безумно любил Анну, – он даже представления не имел, как она выглядит, – а потому, что больше жениться ему было не на ком. Со всеми в Европе он был в дальнем или близком родстве, а римская церковь запрещала браки между родственниками до седьмого колена. Вот и пришлось Генриху искать невесту в тридесятом государстве, в Рабации, как тогда называли Русь европейцы.

Второе сватовство оказалось удачным. Ярослав благословил Анну на брак с Генрихом, дал ей богатое приданое и отправил дочь с подобающими ей почетом и свитой во Францию. Невеста короля должна была сначала прибыть в Реймс, где вот уже почти тысячу лет, со времен Хлодвига, короновались все французские монархи. А вот церемония королевского бракосочетания совершалась здесь впервые. И впервые в истории Франции должна была состояться коронация королевской супруги. До Анны ни одна французская королева не удостоилась подобной чести.

В Реймсе Анна стала королевой Франции и супругой Генриха. Через год после свадьбы, в 1052 году, Анна родила сына – здорового и крикливого младенца. Советники короля, явившись в опочивальню к Анне, после обязательных поздравлений сказали:
- Король прислал нас узнать, как хочешь ты, чтобы нарекли новорожденного.
- Филиппом, - неожиданно ответила Анна.
- Но почему? - изумились советники. – Ни один французский король не носил такого имени. Ты могла бы наречь своего сына Робером, в память о его славном деде, или Гуго…
- Робером я назову второго сына, – отрезала Анна.

Против ожидания, король не рассердился и не удивился, а только расхохотался:
- Так Робером она хочет назвать второго сына? Прекрасно! Превосходно! Не успела родить одного, как собирается подарить другого! Бог благословил наш брак, это очевидно. А сына пусть назовут Филиппом, лишь бы французская корона прочно держалась, у него на голове.

После Филиппа у королевской четы родился сын, которого назвали Робером, а еще год спустя - третий сын, Гуго. Генрих не уставал благодарить Бога за то, что тот послал ему такую супругу: добродетельную, плодовитую и что самое главное, очень умную. В отличие от короля, Анна умела и читать, и писать. Генрих же вместо подписи под всеми документами ставил так называемый «сигнум» - латинскую букву S, перечеркнутую косойI палочкой. Он и не заметил, когда королева начала ставить под его «сигнумом» свою подпись – «Анна Регина».
- Что это значит? – осведомился он у супруги, когда впервые увидел эти два слова.
- Это значит: «Анна королева». Пройдут века… Когда-нибудь люди удивятся этой подписи и будут спрашивать себя: что за странная королева была во Франции.
Генрих на это ничего не ответил. Он уже привык к тому, что Анна стала его главным советником в государственных делах.

Слух об уме и удивительной образованности французской королевы распространился по всей Европе. Сам папа римский Николай II писал ей в 1059 году: «Слух о ваших добродетелях, восхитительная дева, дошел до наших ушей, и с великой радостью слышим мы, что вы выполняете в этом очень христианском государстве свои королевские обязанности с похвальным усердием и замечательным умом». В том же 1059 году Генрих решил заблаговременно короновать своего старшего сына Филиппа, дабы упрочить его права на французский престол. Хотя Филиппу едва исполнилось восемь, древний обряд совершили полностью.

И потекли годы. Анна родила еще одного ребенка – дочь Эмму, которая, впрочем, скончалась почти сразу после рождения. И второй сын Робер тоже умер. Анна горько оплакивала своих детей, но еще горше плакала в тот день, когда из далекой Руси пришла к ней весть о том, что и мать ее, и отец скончались, а братья никак не могут поделить оставшееся после Ярослава Мудрого богатое наследство. «Теперь у меня уже нет иной родины, кроме Франции, - думала Анна. - Никогда я не вернусь в Киев, не увижу его храмы… Да и прежнего Киева, наверняка, уже нет: все изменила жестокая междоусобица братьев».

Наверное, именно в этот день Анна решила построить во Франции монастырь, который хоть немного напоминал бы ей об оставленной Руси, и самолично вложила первый камень в основание женского монастыря Святого Винсента в Санлисе.

Увы, супружеское счастье Анны оказалось недолговечным. Король Генрих скончался, оставив ее вдовой и регентшей при десятилетнем Филиппе. Страна спокойно приняла нового повелителя, не смущаясь ни его юностью, ни тем, что его мать была иностранкой. Анну почитали и любили, как никакую другую из королев. А сам Филипп очень рано стал проявлять способности к управлению и стремление к самостоятельности.

И Анна пошла навстречу его пожеланиям. Едва королю исполнилось пятнадцать, вдовствующая королева стала почти все время проводить в Сан-лисе, под тем предлогом, что хочет передать новому монастырю часть своих владений. В Париж Анна писала, что новый монастырь требует ее постоянного присутствия. Филиппу было безразлично: у его матери было свое немалое состояние, и она вольна была тратить его так, как ей заблагорассудится. И тут произошло событие, разом перевернувшее и монотонную жизнь Анны, и почти молитвенное отношение к ней французов.

Недалеко от Санлиса в своем замке проживал граф Рауль де Крепи. При жизни короля Генриха он был одним из самых своевольных и необузданных его вассалов, и король очень опасался, что после его смерти граф поднимет мятеж: ведь граф де Крепи происходил по побочной линии от самого Карла Великого, то есть принадлежал к прошлой королевской династии Каролингов.

Но того, что случилось, Генрих предвидеть никак не мог. Граф де Крепи без памяти влюбился во все еще прекрасную королеву. Так влюбился, что обвинил свою законную супругу Алиенору Амьенскую в супружеской измене и приказал ей удалиться в какой-нибудь монастырь, замаливать грехи.

Развод, кстати, мог дать только папа Римский, но граф де Крепи был выше подобных мелочей. Избавившись от нелюбимой супруги, Рауль поскакал в Санлис, где королева Анна ежедневно наблюдала за строительными работами. Особенно ее занимал труд одного каменотеса, ваявшего на каменной плите женскую фигуру. Это было ее собственное изображение, предназначенное для украшения портала монастыря. В руках она держала подобие храма, как бы напоминая о том, кто повелел его построить.

Наглядевшись на зодчих, Анна обычно уходила в небольшую рощицу, почему-то напоминавшую ей окрестности далекого и любимого Киева. Там она часами могла следить за птицами на деревьях или за бегущей светлой и чистой водой небольшой речушки. И вот однажды эта идиллия была нарушена конским топотом. Не успела Анна понять, что происходит, как сильные руки подхватили ее и посадили на коня, впереди всадника, которым был разумеется, граф де Крепи!

Граф привез прекрасную пленницу не в замок, а прямо в замковую часовню, и потребовал, чтобы кюре немедленно обвенчал их. Сеньор де Крепи был полновластным хозяином в своих владениях, так что, из часовни Анна вышла уже не вдовствующей королевой, а новой графиней де Крепи. И очень счастливой женщиной, потому что давно уже тайно любила этого властного красавца.

Злосчастная Алиенора напрасно писала в Ватикан, новый Папа Римский Александр напрасно присылал нечестивому графу грозные письма и даже отлучил его от церкви, что в те времена было страшнейшим наказанием для доброго христианина. Раулю были безразличны и Папа, и святая церковь, и вообще весь мир, кроме его возлюбленной Анны.

Король Филипп отнесся к новому замужеству матери совершенно равнодушно, но не позволял никому ее осуждать: несмотря на свое стремление к независимости, он с детских лет привык считать, что все поступки Анны – правильны и разумны. Более того, он приблизил к себе графа де Крепи, который стал его надежнейшей опорой. Молодой король был мудр не по годам – достойный внук своего прославленного русского деда.

Союз этот оказался удивительно прочным и гармоничным. Целых двенадцать лет графиня де Крепи прожила в радости и покое. В 1072 году она плакала от счастья на свадьбе старшего сына: Филипп женился на Берте Голландской. Анна увидела рождение двух своих старших внуков – Людовика, будущего короля, и Генриха. Но принимать участие в их воспитании ей почти не приходилось, ибо молодая королева Берта ревновала к свекрови и старалась держать ее подальше от своего супруга-короля.

Но мать по-прежнему была ему нужна. Только с Анной король Филипп мог обсуждать самые важные государственные вопросы, только ее советам он доверял. Доказательство тому – подпись Анны на многих документах той поры. «Анна Регина» значится под подписью короля Филиппа, для которого она по-прежнему оставалась королевой, хотя и считалась всего лишь графиней де Крепи. Последняя такая подпись Анны относится к 1075 году. За год до этого скоропостижно скончался граф Рауль – и свет жизни померк для нее. Пасынок, ставший теперь могущественным графом де Крепи, ненавидел мачеху, и Анне пришлось вернуться в Париж – к сыновьям.

Ей было около пятидесяти лет – старость для женщины тех времен, но она по-прежнему выглядела молодой и прекрасной. Только не осталось уже никого, кого бы радовали эти красота и молодость. И все чаще она оставалась одна в огромном королевском дворце.
Филипп любил ездить по стране и подолгу отсутствовал. Гуго женился на богатой наследнице, дочери графа Вермандуа, чтобы узаконить захват этих земель, и перебрался в ее замок.

Никому теперь не было дела до королевы, и навеки ушли в прошлое годы, когда люди считали Анну счастливой, любовались ее красотой и надеялись, что она будет не такая, как другие. Она и была – другой. Она была первой и последней русской принцессой, вышедшей замуж за самого знатного из французских сеньоров – самого короля. Имена сотен французских королев затерялись во мраке истории, но Анну Русскую французы запомнили навсегда.

О смерти Анны ничего достоверно не известно. Одни историки утверждают, что она всего лишь на год пережила своего второго супруга и тихо угасла в отдаленном покое королевского дворца. Другие же – что королева Анна вернулась на Родину в Киев, и следы ее там окончательно затерялись. Третьи полагают, что она дожила до глубокой старости в своем любимом Санлисе и похоронена там же, на кладбище при монастыре.

Во всяком случае, в соборе Санлиса до сих пор можно видеть статую королевы, которая держит в руках Евангелие. То самое, называемое ныне «Реймское Евангелие», которое Анна привезла из Киева с собой во Францию, и на котором давали клятву все короли, начиная с Филиппа I и заканчивая последними Бурбонами.

  1. Инна комментирует:

    Написано красиво,хоть и немного неверно.Французские историки эти факты ставят в другие рамки.

  2. Любовь комментирует:

    А мне понравилось! Как было на самом деле теперь уже никто не скажет… Но эта история пусть и искаженная историей и людьми достойна уважения.

  3. Марта комментирует:

    Кто бы и что не говорил, а в то время было чем гордиться государству. И лишьний раз убеждаешься, что у нас умные женщины, а у власти - мужики

  4. INKO комментирует:

    Марта, таких умных женщин ЕДИНИЦЫ, не зазнавайтесь.


Оставить комментарий